Чужие города

Текст этот создавался как подражание высокому стилю землеописаний, созданных моими предками после Исхода. Тогда Высокорожденные изгнанники были вынуждены знакомиться с новыми и неизведанными землями, ну и описывать их — чтобы остальные соотечественники не попадали впросак. Теперь, когда мир хрупок, хочется запомнить его таким, каким увидел в первый раз.

Отношение эльфов к городам сложно описать однозначно — как, впрочем, и любого другого разумного существа. Я на своем не столь уж долгом веку видел множество поселений разных народов в разных концах земли. И за ее пределами. Не то чтобы я хвастался… разве только чуть-чуть.
Однако всем нам иногда хочется ощутить себя первопроходцами, и не вижу причин, почему бы отказывать себе в таком удовольствии. Потому свой труд я называю «Чужие города» — потому что свой город есть у каждого, в сердце ли, в памяти или, если тебе, о читатель, повезло — где-то на земле Азерота.
Что до меня — я вырос в дальнем гарнизоне Кель-Литиена, где самой высокой постройкой была дозорная башня. Потому любой город для меня удивителен хотя бы поначалу. Оттого и считаю себя вправе записать, как я вижу столицы разных рас — возможно, искушенному читателю будет интересно взглянуть на давно знакомые постройки моими глазами.
Я видел прекрасные подводные сады Вай’шира, разрушенные стены Штормгарда, Андорала и Стратхольма, алтари тролльских храмовых комплексов и величественные руины Ульдума, утопающие в песках. Я блуждал в титанических коридорах Ульдуара и невозможных тоннелях Ан’Киража. И вот что я скажу: архитекторы создают лицо города, но выражение на этом лице – его жители, их повседневные хлопоты, их голоса, шаги, поступки. Это сложно описать словами. Но я попробую.

Так уж сложилось, что первым городом, который я увидел, стал Луносвет. «Вечное солнце» — так его называют в Орде. Для меня это вечное солнце покоится на шпилях столицы… ах да, столицы эльфов крови, следует добавлять теперь. В моем детстве это уточнение было излишним. Столица была лишь одна — не принимать же во внимание людские поселения, пусть даже сделанные из камня.

Вообще-то Лордерон нравился мне — он многое позаимствовал у соседнего Луносвета. Но это всё равно что восхищаться холодной красоткой при дворе, а после, покинув Шпиль, с удовольствием тискать пышнотелую доярку или фермерскую дочку. Луносвет был для меня именно такой неприступной красавицей, высокомерной, сверху вниз глядящей на неотесанного мужлана с дальней заставы. Впрочем, по ночам можно было отбросить приличия, и вести куда более интересный образ жизни — но с наступлением утра все возвращалось на круги своя. Двуличный город, чтобы не сказать больше. Самодовольный. Надменный. Его пища — изысканная, утонченная почти до пресности, и специи лишь намекают на оттенки вкуса… или же эти блюда пряны, остры, огненны как ночной танец экзотической смуглой танцовщицы. Вина Луносвета — услада гурмана и ценителя, отрада коллекционера, они ласкают язык и небо… но напиться ими сложно. Хотя местным это удается.

Как показала практика, неприступность города была сродни неприступности знатной дамы. Лишенная защиты своих стражей, такая не очень-то оказывает сопротивление желающим позабавиться наемникам. Луносвет пал перед Плетью и до сих пор носит следы поругания. Не сложно было бы отстроить заново разрушенные стены — куда труднее забыть о немыслимом унижении, их разрушившем. Смириться с поражением сложнее, чем встать на ноги после него. Луносвет сейчас медленно погружается в бездумное забвение; как повредившаяся разумом женщина, он лепечет на пепелище, воображая, что ничего не изменилось. Луносвет — это гордость, уязвленная и доведенная до гордыни. Луносвет безумен. И я говорю отнюдь не о немыслимой архитектуре шпилей или превышающей всякое разумение роскоши. Я говорю о духе города.

Подгород хронологически был для меня второй столицей Орды. И если Лордерон походил на веселую молочницу или пухлощекую крестьянку, то возникший под его руинами город напоминает скорее высохший труп этой же девушки. Восставший труп, да простится мне эта банальная метафора.

Подгород отличают строгость линий, мрачность, безупречная геометрия тоннелей и каналов и запах разложения. И над всем этим я ощущаю несгибаемую, адамантитовую волю вернувшихся из-за Края. Еще в Подгороде очень много грибов. Если подумать, то это одно из немногих проявлений жизни в царстве немертвых. Грибы, яды, шелестящее эхо падающих капель, тихое звяканье брони, оружия, военных механизмов…

Говорят, большая часть Отрекшихся ощущает вкус пищи слабее, чем до своей смерти. Возможно, поэтому тамошним поварам и приходится изощряться в своем мастерстве сильнее, чем где бы то ни было, а местный крепчайший алкоголь зачастую подается к столу с противоядием. На всякий случай.
Я многому научился там.
Этот город, как и его жители, достойны по меньшей мере уважения. Я бы сказал, что в укрытии его каменных сводов, среди ядовитых испарений каналов и отдаленных вскриков из темниц Госпожи — кроется мозг Орды. Холодный, логичный, тщательно подсчитывающий все за и против. Подгород сдержан, безжалостен и прекрасен, как строгая учительница в жестком корсете. М-да… если уж углубляться в аналогию, кнут для порки нерадивых учеников у этой леди тоже всегда под рукой.
Терпение и дисциплина? Да, пожалуй.

Третьим я увидел Огриммар. И должен сказать, этот город поразил меня до глубины души хотя бы тем, что тогда он сильно напоминал военный гарнизон моего детства. С той самой долей раздолбайства, которое неизбежно в любом крупном воинском подразделении. О да, сапоги начищены до блеска, а к заточке клинка не придерется даже самый въедливый сержант, что вы! Но в тишине, после вечерней зори в темных уголках начинается интересное, знаете ли, копошение, брожение и прочие… делишки. Потому что есть боеспособность, есть вздрюченность, и есть необходимость расслабиться, и это очень разные вещи. Те, кто построил столицу Орды посреди жаркой пустыни Дуротара, хорошо понимали разницу между этими вещами, и совмещали их по необходимости.

Я знаю, что служащая в армии женщина не для всех представляет собой привычное зрелище, но моя мать была рейнджером Кель-Литиена и командовала десятком бойцов. Так вот — чем-то Оргриммар напомнил мне ее. Уверенность в своих силах и порождаемая этой уверенностью некоторая небрежность, убеждённость в своей правоте. Способность выжить в любых обстоятельствах. Жестокость? Не знаю. Для меня мать всегда была матерью, что бы она ни творила. Жесток ли в сердце своем Огриммар как город? Не думаю. Он принимает всех, глядит без предубеждений. Вот разве что не дай вам Свет обмануть это доверие.
Здешнее коронное блюдо — мясо, хорошо прожаренное или с кровью, копченое или вяленое, простое в приготовлении и дающее работу зубам. Местное спиртное — крепкий кактусовый сидр, текила или брага. Еда и выпивка Огриммара заставляют кровь бежать быстрее, а по венам или из вен — как повезет.
Оргриммар — это сила, жажда, зной южного солнца, и страстный, даже буйный нрав. Это сердце Орды.

Потом был Громовой Утес. Как описать город, лежащий выше облаков; город, где с раскачивающихся мостов можно увидеть спины птиц? Этот город не похож ни на цветок, ни на драгоценный камень, ни на занесенный клинок — но он подарил мне спокойствие. Мерный скрип каменных колес, вращающихся под действием ветра. Исполинские тотемы с грубой, и все же гармоничной раскраской и резьбой. Шум ветра и дробный стук капель дождя по натянутой коже палаток и дранке кровель. Громовой Утес сравнительно молодой город, насколько я могу судить, но что-то подсказывает, что точно так же выглядели другие поселки тауренов, что так же пахло в них тёплым хлебом и свежей древесиной, выделанной кожей и нагретой солнцем травой. Навозом тоже припахивает, куда ж без этого. Зато здесь спокойно, как, возможно, нигде больше. Никто никуда не торопится. Все здесь знают, что неизбежно придет следующий день, что колесо времени вращается без остановки и всякий раз возвращается туда, откуда начинало свой бег, что время — не стремительный поток, а скорее море с его приливами и отливами; раньше ли, позже ли, но ты все равно успеешь исполнить предназначенное тебе. Или не успеешь, если не судьба — тогда незачем и торопиться. Этот город мудр, как мудры его шаманы и друиды. Нет, навозом пахнет все равно… но я на вторые сутки этого уже не ощущал.
Вопреки тому, что можно подумать, молочные продукты тут не слишком распространены — куда большей популярностью пользуются выпечка, овощи и фрукты. Как всегда, все кажется очень-очень простым, но содержит небольшие секреты, неочевидные для невнимательного глаза. Вроде фаршированной (очень острым) перцем тыквы или печеного батата с кимчи, которые — послушайте моего совета — лучше не есть без БОЛЬШОЙ порции того, чем его можно запить. Однако не совершайте моей ошибки — запивать эту еду огненной мулгорской водой не следует, если вам дороги ваш язык, глотка и потроха. Зато хмельной мед Мулгора — самое то.

Если уж сравнивать города с женщинами… Громовой утес — это та шаманка, которая станцует для тебя танец желания вечером, подарит ночь любви, но наутро ты просыпаешься под кустом, с больной головой и подозрением, что тебе это все приснилось… а еще через двадцать лет в твой отряд может придти твой сын, о котором ты даже не подозревал.

Громовой Утес — это долгие планы, жизнь в мире с собой, и спокойствие сильного. Если Огриммар — сердце Орды, то Громовой Утес — это ее душа и память.

Сен’Джин… Я восхищаюсь тем, что тролли успели сделать на только что отбитых островах — особенно если сравнивать с «успехами» моих соотечественников.

Многое можно сказать про эти острова. У меня от них по позвоночнику бегают мурашки, а волосы иногда норовят стать дыбом. Я не очень верю в лоа и прочее вуду, но беда в том, что они действуют вне зависимости от веры в них; а мои подозрения на счёт того, что тролли, скажем так, не слишком пунктуально соблюдают ордынский запрет на каннибализм, вполне могут оказаться оправданными. И все-таки я люблю Сен’Джин с его уходящими в даль прошлого традициями и древнейшей культурой, зародившейся в те времена, когда эльфы еще не основали Луносвет. Тьма подери, я люблю трепет, который иногда охватывает меня при входе в тролльи святилища!
«Дикари» — говорят мои соплеменники, привыкшие к боевой раскраске Амани и видящие татуировки троллей Орды. Я так не думаю. Звук тамтамов и плеск волн создают дивную симфонию, которая воздействует сильнее, чем арфы и скрипки Луносвета — потому что ты ощущаешь их не ушами, а позвоночником. А легкие открытые хижины в жарком и влажном климате намного удобнее, чем основательные каменные строения, тут я абсолютно согласен с традициями Черного Копья.

…клыки целоваться почти не мешают, а насчет семидесяти раз за ночь… ну, я НАДЕЮСЬ, что это не совсем верно. Но и подтверждение этому я пока не получил.

Пища троллей — когда речь не заходит о каннибализме, конечно — включает в себя рыбу, крабов и рис, зачастую с добавлением причудливо приготовленных фруктов. А насчет алкоголя я скажу так: лучше не спрашивать, из чего приготовлено то, что вам предлагают выпить. Возможно, лучше и не пить… Но в жизни всегда есть место подвигу.
Продолжая аналогию между городами Орды и разными частями тела: Сен’Джин — это органы размножения. Конкретнее — яйца. И это прекрасно.

Порт Трюмных Вод — самый молодой город Орды.
Видели ли вы когда-нибудь нечто всклокоченное, выскакивающее из крохотного лючка в строящемся дредноуте? Измазанное машинным маслом, с торчащими изо всех карманов инструментами, чирикающее на практически незнакомом вам языке, где опознаются только предлоги и цифры? Небольшое, но заполняющее хаотичными молниеносными передвижениями все доступное пространство, и притягивающее все возможное внимание, несмотря на непрезентабельность и начинающуюся у наблюдателя головную боль от этой суеты?

Если вы видели гоблинку-техника, то поймете, о чем я говорю. И примерно представите мое впечатление от гоблинского поселения близ Оргриммара. Гоблины — это экологический кошмар, страшный сон любого друида. У меня сложилось впечатление, что они все слегка безумны… впрочем, скорее всего, это просто иная концепция разума. Возможно, для среднего гоблина безумцы мы все, не прилагающие 110 процентов активности к зарабатыванию всех возможных денег мира. Порт выглядит как гигантская куча времянок, железных кубов и коробок, высыпанных на холм великаном. Порт кишмя кишит носящимися по нему гоблинами, огибающими орков-воинов и кричащими что-то, понятное только им. Хотя слова вроде бы все орочьи. Постоянно что-то бабахает, шипит, капает, взрывается, взлетает, рушится… я не представляю себе в одном и том же пространстве гоблинов и статичность. Их город такой же — динамичный и современный, функциональный и масштабный, оживленный и высокотехнологичный… суетливый, воняющий, бестолковый и шумный. Впрочем, учитывая, что это, как говорят местные, всего лишь первая фаза развертывания населенного пункта, можно надеяться на лучшее. Не знаю, не знаю… Будущее покажет.
Что касается выпивки и еды гоблинов — пожалуй, я затрудняюсь описать их. Учитывая, что за деньги вам тут продадут все, включая птичье молоко и жареные крылья кодо — я не шучу! — проще сказать, что любое блюдо в столице гоблинов будет носить привкус уплаченных за него денег. Полагаю, национальным напитком можно было бы назвать Каджа-Колу, если бы она еще выпускалась, но увы. Мне не довелось попробовать этой, э-э-э… без сомнения впечатляющей жидкости. Я не уверен, что по этому поводу мне следует печалиться.
…и кстати, если у гоблинки отобрать гаечный ключ и масленку, отмыть эту гоблинку, нарядить в «бесполезные цепляющиеся за все устаревшие тряпки абсолютно небоевого предназначения!» и причесать — можно обнаружить весьма сексапильное зрелище. Можно и не обнаружить — это как повезет. Во всяком случае почти любая из гоблинок отличается тонкой талией, большим бюстом и пухлыми губами, а зачастую еще и очень неплохим вкусом… если отмыть, одеть и причесать, напоминаю.
Для тех, кто полагает, что в Сен’Джине я чересчур отуземился, уточняю — я имею в виду вкус к красоте, а не гастрономический.

На сем, полагаю, я завершу свое краткое сравнительное описание городов Орды. Пока что…

You may also like...

No Responses

  1. Ведера:

    Кавай ^_^

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>